Немецкий цугцванг: чем чреват коалиционный кризис для Германии и мира

Важнейшая страна объединенной Европы и пятая экономика планеты переживает острый политический кризис, вызванный неспособностью сформировать парламентскую коалицию. Следствием чего уже стало серьезное ослабление традиционных партий и рост популярности правых...

Важнейшая страна объединенной Европы и пятая экономика планеты переживает острый политический кризис, вызванный неспособностью сформировать парламентскую коалицию. Следствием чего уже стало серьезное ослабление традиционных партий и рост популярности правых и левых радикалов. Причем и затягивание кризиса, и любой из вариантов его развязки (которая ориентировочно все же состоится на будущей неделе) не несут ничего хорошего ни самой Германии, ни всему европейскому континенту.

Во вторник, 20 февраля, внутри Социал-демократической партии Германии стартовало голосование, призванное утвердить или отвергнуть создание большой парламентской коалиции между социал-демократами и блоком ХДС/ХСС канцлера Ангелы Меркель. От того, как проголосуют без малого полмиллиона простых партийцев, зависит не только и не столько устойчивая работа Бундестага и формирование правительства. Опрос также может существенно трансформировать все политическое поле ключевой страны Европейского союза.

Бесконечные переговоры

Попытки сформировать правящую коалицию в ФРГ стартовали сразу же после состоявшихся в конце сентября минувшего года парламентских выборов и продолжаются уже без малого пять месяцев. Тогда обе партии правившей страной большой коалиции — ХДС и СДПГ — существенно ухудшили свои электоральные показатели. Напуганные ростом неконтролируемой миграции из не самых благополучных и цивилизованных стран, многие бюргеры отдали предпочтение ратующим за наведение в этой сфере хоть мало-мальского порядка «Свободным демократам». А то и вовсе кинулись в объятия к ультраправым ксенофобам из партии «Альтернатива для Германии» (АдГ), известных своей симпатией к российскому лидеру Владимиру Путину. Кстати, ультралевые радикалы из неомарксистской партии Die Linke также существенно «подросли».

Социал-демократы небезосновательно считали, что годы, проведенные в коалиции с правоцентристами, как раз и стали причиной худшего результата эсдеков за всю послевоенную историю. В свою очередь, христианские демократы также не горели желанием лезть в одну упряжь с идейными оппонентами, инициировав переговоры со «Свободными демократами» и «Зелеными». Переговоры шли со скрипом и уже 19 ноября окончательно провалились — уж слишком разным было у их участников видение миграционных процессов и экологических проблем. По-сути, крах проекта «Ямайка» (названного так из-за сходства партийных цветов его участников с трехцветным флагом островного государства) оставлял открытыми лишь две опции: либо формирование правительства меньшинства на базе ХДС/ХСС — что означало бы необходимость изыскивать непонятно откуда недостающие голоса в Бундестаге при рассмотрении каждого вопроса, либо досрочные выборы. Которые уж точно не сулили ничего доброго — ни партии, ни персонально фрау бундесканцелерин (поскольку в таком случае партию на выборы повел бы другой лидер).

Когда казалось, что досрочные выборы почти неизбежны, на авансцену вновь вышли ведомые Мартином Шульцем социал-демократы с идеей перезаключения ранее отрицаемой ими «большой коалиции». Лидеры эсдеков справедливо сочли, что в сложившейся ситуации они смогут выторговать у Меркель максимальные уступки, добившись как реализации важных для их избирателей социальных инициатив, так и практически паритетного представительства в Кабмине (при том, что ХДС/ХСС набрал на выборах на 60% голосов больше).

Коалиционные переговоры длились в состоянии общей нервозности куда дольше, чем первоначальные консультации по формированию «Ямайки», и сопровождались торпедированием процесса внутри обеих партий. В блоке Ангелы Меркель оппонентами прогнозированно выступили баварские христианские социалисты и правое крыло ХДС. Гораздо сложнее пришлось истеблишменту социал-демократов. Мартину Шульцу сотоварищи оказалось невероятно тяжело объяснить рядовым партийцам, почему они изначально категорически отказались от блокирования с правоцентристами, а потом резко изменили свое мнение. Тем не менее, умеренному крылу внутри эсдеков в лице самого Шульца, руководителя фракции Андреа Налес, главы правительства нижней Саксонии Штефана Вайля и самого федерального президента Франка-Вальтера Штайнмайера удалось убедить часть партийцев в своей правоте.

Коалиционное соглашение

В конце января съезд СДПГ незначительным большинством одобрил начало официальных переговоров, и уже 7 февраля право- и левоцентристы заключили 170-страничное коалиционное соглашение. Эсдеки пролоббировали существенное повышение социальных расходов, включая увеличение пенсий, дотаций многодетным семьям и дополнительное финансирование медицины для неимущих. Баварский ХСС отстоял установление ограничений на прием мигрантов на уровне 180−220 тыс. человек в год и на воссоединение семей — до 1 тыс. в месяц. Кроме того, христианские социалисты провели в документ амбициозные меры по усилению безопасности — как-то увеличение финансирования полиции и спецслужб, установление дополнительных систем видеонаблюдения. А ХДС отстояла бездефицитность бюджета и расширение финансирования проектов на местном уровне (растущая который год подряд экономика позволяет и повышать социальные стандарты, и расходы на безопасность, и сохранять бюджет бездефицитным, и при всем при этом не поднимать налоги). Договорились коалицианты и увеличить траты на защиту внешних границ ЕС — надеясь таким образом хоть как-то противостоять захлестнувшему страну неконтролированному потоку мигрантов, перед которыми сама же Ангела Меркель так гостеприимно распахнула двери. И поднять расходы на оборону до 2021 года на € 2 млрд. Намерены ли подписанты выполнять обязательства Берлина перед НАТО о доведении оборонных трат до 2% ВВП — неизвестно. Сейчас Германия выделяет на это дело непозволительно мало — 1,21%, и вооруженные силы Бундесвера находятся в откровенно плачевном состоянии: по информации газеты Die Welt, в одной из немецких танковых бригад исправны лишь 9 танков из 44, не хватает тепловизоров и бронежилетов (и нет оснований считать, что в других частях дела обстоят лучше). Кроме того, журналисты издания Die Zeit сомневаются, что дополнительное финансирование пойдет на повышение боеготовности, а не будет использовано для улучшения казарм, рекреационных условий и прочие социальные нужды.

Так, коалицианты осуждают российскую сторону за аннексию Крыма и агрессию на востоке нашей страны и выражают готовность сотрудничать с Францией для достижения мира на Донбассе. Говорится и о намерении поддерживать Украину как в восстановлении территориальной целостности, так и в дальнейшей модернизации страны — при условии продолжения Киевом реформ и реальной борьбы с коррупцией.

Кроме всего прочего, социал-демократы выторговали себе три ключевых министерства: труда, иностранных дел и финансов. Причем портфель главы МИД Мартин Шульц наметил для себя — что, кстати, было весьма неплохо и для Германии, и для Европейского союза (экс-президент Европарламента (ЕП) Шульц отлично ориентируется в брюссельских и страсбургских коридорах), и для Украины. В бытность главой ЕП, Шульцу доводилось заниматься, в том числе, и нашей страной, он неплохо знаком с украинской спецификой. И в симпатики Кремля Мартина Шульца уж точно не запишешь, что выгодно отличает его от многих однопартийцев.

В то же время, в СДПГ тут же поднялась волна недовольства намерением Шульца возглавить германское внешнеполитическое ведомство. Рядовые партийцы принялись обвинять своего лидера в том, что вся коалициада была им затеяна исключительно ради высокого поста для себя любимого. Понимая, что его фигура стала слишком непопулярной среди социал-демократов и пытаясь хоть как-то спасти саму идею «большой коалиции», Мартин Шульц отказался от министерского портфеля, а затем и анонсировал свою отставку с поста председателя партии.

Бунт на социал-демократическом корабле

Однако уход Шульца уже не смог предотвратить надвигающуюся бурю. Пользуясь тем, что по уставу СДПГ коалиционное соглашение должно быть одобрено большинством партийцев, левые радикалы внутри партии развернули массированную атаку на умеренный партийный истеблишмент, а заодно начали в прессе и интернете кампанию против «большой коалиции». Что интересно — пиар-сопровождением «левого бунта» занимаются политтехнологи британских лейбористов, в свое время успешно отодвинувшие от власти внутри своей партии центристское крыло и отдавшие власть экстремисту Джереми Корбину, симпатику Владимира Путина и палестинских боевиков.

Сейчас то же самое они хотят провести и в Германии, инициировав кампанию «Nein GroKo» (Nein zur Große Koalition — «нет „большой коалиции“»). Для этого в партию призывают вступать противников коалиционного соглашения — благо, сделать это можно даже по интернету, и для этого даже не обязательно быть гражданином Германии. Достаточно заплатить € 10 (это два месячных взноса) и право голоса — твое. Народ валом повалил вступать туда. Каждый день даже мелкие партийные отделения по всей стране получают сотни новых заявок на вступление. Причем, реальные ли это люди — большой вопрос: так, журналисты издания Bild без проблем записали в партию… трехлетнюю собаку по кличке Лима.

Голосование началось 20 февраля и продлится до 2 марта. Итоги станут известными 4 марта. Тогда же съезд должен подтвердить (или отвергнуть) участие партии в Große Koalition.

Коалиция будет окончательно похоронена, страну ждут или досрочные выборы, или же формирование крайне нестабильного правительства меньшинства (над которым угроза перевыборов будет висеть дамокловым мечом все время его работы). А уж результаты новых выборов могут быть самыми разными, но в любом случае — хорошими они точно не будут. Бесконечная грызня внутри главных партий вкупе с миграционным кризисом (и вызванным им ростом преступности и террористической угрозы) приводит к тому, что избиратели все больше разочаровываются в традиционных политсилах. Социологи прямо-таки бьют в набат: по последним опросам, правые радикалы из дружественной Кремлю АдГ впервые обошли по популярности воюющих друг с другом эсдеков, выйдя на второе место после блока ХДС/ХСС (у АдГ 16%, у СДПГ — 15,5%). Растет рейтинг и левых радикалов из партии Die Linke — за них готовы отдать свои голоса 11% опрошенных (и это — явно не предел, учитывая, что к ним потянутся избиратели, разочаровавшиеся в социал-демократах).

Тенденция, честно говоря, откровенно зловещая. Обе партии — и АдГ, и Die Linke — демонстрируют чрезмерную лояльность к Москве и скептицизм в отношении Евросоюза. «Альтернатива для Германии», кроме того, отличается крайней ксенофобией, а в Die Linke засели убежденные «шариковы», призывающие все отнять и поделить.

Ситуация чем-то напоминает последние годы существования Веймарской республики, когда немецкий избиратель отвернулся от центристских партий, все чаще и чаще отдавая свои симпатии коммунистам и национал-социалистам. Разумеется, сейчас ситуация в корне другая — экономика на подъеме, страна занимает лидирующее место в Европе и одно из первых в мире, а проводимая годами денацификация в корне изменила ментальность людей. Однако развитие ситуации не может не тревожить.

Автор: Максим Викулов

Источник: Realist.online

Новости партнера RedAxe.media

Категория
За рубежомСтатьи

Новости сюжета